Кресто-Воздвиженский храм г. Винницы | Школа – сад Св. Николая

Статьи

Памяти митрополита Иринея (Семко) в 40-й день с его блаженной кончины посвящается.

 

1 ноября 2017, в 40-й день с блаженной кончины приснопямьятного Высокопреосвященнейшего Митрополита Нежинского и Прилукского Иринея (Семко), состоятся следующие заупокойные богослужения:в Петропавловском храме Благовещенского мужского монастыря г.. Нежина:
31 октября всенощное заупокойное бдение в 16.00
1 ноября Божественная литургия в 9.00
в Покровском Красногорском Золотоношском монастыре Черкасской епархии:
31 октября всенощное заупокойное бдение в 16.00
1 ноября Божественная литургия в 9.00

 

Свято Осенi

Гарною традицією у НВК святого Миколаю стало проведення у жовтні свята осені – свята урожаю. Свято осені – це казка, сповнена яскравих барв і дивовижних персонажів. Святцування видалося особливим і неповторним, і проводилося під гаслом «Осінь завітала – дари принесла». Свято розпочали ведучі, у прекрасних осініх костюмах. Учні мелодійно співали пісні та задушевно читали вірші, у чому переконались гості. Святкування пройшло у сімейній атмосфері. По закінченню учні із задоволенням отримали каравай та солодощі.

В КРИПТЕ СВЯТИТЕЛЯ НИКОЛАЯ В БАРИ

Три с небольшим часа на самолете из Москвы в Рим, затем еще час до Бари, и вот он, долгожданный град святителя Николая. Светлые улочки залиты утренним солнцем, над ними витает аромат пиний, кофе и свежевыстиранного белья – предмет особой гордости местных хозяек. От площади дель Феррарезе вверх на крепостную стену, по одну сторону которой виден Старый город, по другую – лазурное море. Несколько поворотов и спуск по ступенькам к базилике. Можно пройти и по набережной или напрямик через старые кварталы, но мне больше полюбился именно этот путь.

На небольшой площади у входа в базилику святителя Николая оживленно: свадьба. Сентябрь – самый любимый месяц у молодоженов: по нашим меркам еще лето, но уже нет такой изнуряющей жары. Многочисленные гости с детишками-ангелочками поднимаются по ступенькам к дверям, вместе с ними тоненькими ручейками стекаются паломники. Сразу за дверями за стеклом красочная статуя святителя Николая, без которой не обходится ни одно торжество в честь святого.

– Весенние празднества в честь перенесения мощей святителя длятся три дня, – рассказывает настоятель Патриаршего подворья святителя Николая Чудотворца в Бари протоиерей Андрей Бойцов. – Проводят парады, концерты… Шоу в небе напоминает полеты наших стрижей-самолетов. Что касается духовной части, то архиепископ Бари сначала совершает мессу на берегу моря, потом выливает ампулу чистого мира от мощей в море, как бы освящая его. Плюс костюмированный крестный ход, очень популярный среди жителей. Хотя его правильнее назвать парадом в исторических костюмах вместе со статуей, которая для них такой же храмовый образ, как для нас икона, – ведь с эпохи Ренессанса католики заменили живописные изображения на объемные. В одеждах XI века разных сословий, от знати до рыбаков, они устраивают очень живописную процессию. Мы тоже присоединяемся, но в качестве зрителей. Вот в позапрошлом году на этот парад специально пригласили представителей православных общин. Попросили грузин, русских, румын прийти в национальных костюмах, с флагами. И несколько наших прихожан с ребятами из хора ходили в русских вышиванках, несли флаг России. Всё же это не светское мероприятие, не молитва.

У нас святитель Николай – один из любимейших святых, а в Италии – покровитель только одного региона – Апулии

Оказывается, такие торжества характерны не для всей Италии. Это у нас святитель Николай – один из любимейших святых. А в Италии – покровитель лишь одного региона – Апулии.

– В XVI веке он был даже деканонизирован, – поясняет отец Андрей. – Тогда Римские папы поручили проанализировать жития святых, положив в основу исключительно научный принцип. То есть если не было документального подтверждения, древних свидетельств о жизни святого, его могли вычеркнуть из списка. Да, в римских архивах было много разных документов из жизни мучеников, но не всех. В результате святителя Николая деканонизировали. Потом поняли, что погорячились, и вернули, только в статусе пониже – как местного святого Апулии. И только жители Апулии обязаны его чтить литургически, в остальном католическом мире – по желанию. Но здесь, конечно, празднуют на широкую ногу. В Апулии это выходной, а в Бари – день города. Мы со своей стороны всегда поздравляем и приора базилики, и братию, которые позволяют нам там совершать богослужения.

В верхнем храме потоки разделяются: под звуки органа жених с невестой занимают место перед алтарем, гости рассаживаются на скамеечки, а паломники спускаются вниз, в крипту, на Литургию. Удивительно, но здесь, несмотря на отсутствие каких-либо дверей, совершенно не слышно того, что происходит в верхнем храме.

Небольшое пространство крипты поделено на три части: центральная алтарная, где покоятся мощи святителя Николая; слева православный придел и справа – католический. Иконостас переносной импровизированный: несколько икон, закрепленных на решетках.

– Мы приносим на каждую службу, – отмечает отец Андрей. – Благодаря такой структуре католического храма – без иконостаса – люди могут увидеть, что происходит в алтаре. Такой опыт молитвы и богослужения воспринимается более глубоко. Особенно если это нечастое явление. Если везде так будет, то восприятие утратит свою остроту, станет таким же, как с иконостасом. Что касается придела, он появился после II Ватиканского собора. Когда католическим епископам было рекомендовано больше внимания обращать на восточную православную традицию, традицию неразделенной Церкви, в том числе на искусство, иконы, образ пения. Это, конечно, сказалось благотворно. С тех пор многие стали ставить в храмах православные иконы и через это анализировать православную традицию. Есть такие, кто потом переходит к нам. Это касается и священнослужителей, и простых людей, которые говорят, что их влечет на нашу службу, хоть она и долгая и надо стоять – а для них это полный мазохизм. Но стоят, потому что понимают: здесь истина – и принимают Православие.

Благочестивых католиков влечет на нашу службу, хоть она и долгая и надо стоять – но стоят, потому что понимают: здесь истина

Служба в крипте, и правда, долгая – вместо привычных двух продолжается часа три-четыре. Это и за счет количества причастников, и совершенно другого темпоритма. Даже вне праздников молящихся много. По небольшому проходу вдоль задней стены одна группа туристов постоянно сменяет другую: испанцы, французы, итальянцы. Кто-то просто проходит, кто-то останавливается, присаживается, пытается вникнуть в суть происходящего, пока экскурсовод с табличкой не напомнит о том, что уже пора. В заключительный день нашего паломничества одна итальянская пара усиленно расспрашивала меня о службе. Как сказал потом отец Андрей, «на юге Италии народ очень клерикальный и по-своему благочестивый. Они хорошо относятся к православным священникам, уважают их. Католики часто просят благословения, помолиться о них».

По завершении Литургии батюшки отворяют врата, центральные или боковые, чтобы все желающие могли приложиться к мощам и о чем-то попросить святителя Николая.

– Раньше впереди была балюстрада, и пройти можно было только сбоку, – говорит отец Андрей. – Те ступени, что сейчас видят паломники, появились лишь пять лет назад. Когда группа паломников совсем небольшая, открывают боковые врата, когда много людей – тогда центральные. Это технический момент. Почти каждый день кроме воскресенья я прихожу в крипту базилики к святителю Николаю и служу молебен с акафистом. А по вторникам и четвергам у нас Божественная литургия.

Оглядывая это небольшое помещение, где и при 200 молящихся уже и тесно, и душно, невольно задаешься вопросом: что же происходит в дни памяти святого, когда желающих посетить святителя Николая не сотни, а тысячи?

– Для меня, как для настоятеля, эти три дня дважды в год – самое тяжелое время. Необходимо организовать приезд нескольких тысяч паломников. Плюс епископы и митрополиты, одного из которых Святейший Патриарх благословляет возглавить службу. Их нужно встретить, препроводить, организовать богослужение. Раньше служили только в крипте. Я сам это видел, когда был настоятелем прихода в Неаполе. Это очень неудобно: в крипте помещается максимум тысяча человек. Плюс жара, потому что нет кондиционера, – там просто нечем дышать. Большая часть людей оставалась наверху. Многие обижались – народ ведь разный. Кто-то со смирением воспринимал, а кто-то начинал толкаться, пролезать. Бывали разные эксцессы, людям становилось плохо из-за жары. А чтобы батюшка с Чашей для Причастия вышел, вообще всех наверх выгоняли из крипты. И там наверху сначала причащали, а потом народ становился в очередь, чтобы приложиться к мощам святителя Николая. Многие только к пяти-шести вечера доходили до мощей. Я это прекрасно помню, потому приезжал сюда на каждый праздник. Даже скандалы иногда случались, люди начинали драться. Привозят автобус, как наш из Неаполя, а там такие же гастарбайтеры, многие не церковные люди. Для них это как экскурсия, во время которой они могли и выпить. А тут их болтают: туда не ходи, сюда не заходи, потом встань в очередь на пять часов. Нет, большинство со смирением стояло и читало акафист. Но порой и карабинеры вмешивались. Поэтому после назначения в Бари я сразу задумался, как это можно исправить. И при помощи святителя Николая решили, что нужно служить наверху всем вместе, чтобы не было никакого эксклюзивизма. А то вроде как випы внизу, поближе к мощам. Я все эти нюансы подробно изложил Святейшему, и он благословил дважды в год на праздники служить на главном алтаре базилики. Теперь мы все вместе молимся наверху. Евхаристия ведь не зависит от того, в крипте она или в другом месте. Так же на Престол кладем православный антиминс, всё так же совершаем, Причастие от этого не меняется. Христос всегда Один и Тот же, как говорит Священное Писание. Каждый раз везем туда два грузовичка разных богослужебных вещей, облачений, икон, чтобы базилика приняла более-менее привычный православный вид. Ставим подсвечники. Уже с семи утра, пока идет проскомидия, внизу открыт вход к мощам – люди прикладываются и проходят наверх в храм молиться. Мы делаем специальный маршрут, чтобы никто в крипте после не оставался. Охрана очень деликатная, вежливая, следит, чтобы никто дольше пяти минут не задерживался. В результате к 12 часам уже все спокойно приложились, помолились, никому на ногу не наступили.

Постепенно крипта пустеет, есть даже возможность сделать несколько снимков и алтарной части, большой иконы напротив и колонны у одного из входов, обнесенной решетками и утопающей в записках, как Стена плача в Иерусалиме.

Считается, что святитель Николай перенес в Бари эту колонну из своего старого храма в Мирах

– Когда ко мне приезжают какие-то друзья или гости, я об этой колонне даже не говорю. Но если они видят там толпу или что-то слышали про нее, тогда объясняю. Есть местное церковное предание, что эта колонна связана с чудом, совершённым святителем Николаем. Когда строили базилику, не хватало колонны, и ее нашли в море, которое, как вы видели, здесь буквально в двух шагах. Считается, что святитель Николай перенес эту колонну из своего старого храма в Мирах, который на тот момент был почти разрушен. Его святитель строил еще при жизни. И там случилось первое чудо: во время паломничества в Рим к апостолам Петру и Павлу святитель Николай, проходя мимо какого-то тоже полуразрушенного дома, увидел прекрасную колонну из дорого мрамора и порфира. Помолился, и колонна перенеслась в Миры. А оттуда впоследствии в Бари. Это уже второе чудо. Как верующие, мы понимаем, что такое вполне могло быть. Плюс у местных девиц в Бари в средние века сложилось поверье, что колонна помогает тем, кто долго не мог найти жениха. Для этого девушки строго постились на протяжении всего Великого поста. И все семь недель причащались в церквях Бари, а это серьезный подвиг, между прочим. В заключительный раз причащались в этой базилике, читали молитвы святителю Николаю и трижды обходили вокруг этой колонны, которая тогда стояла без решеток и стекла. И, как говорят, в течение года жених появлялся. Возможно, в 1990-е годы гиды рассказали об этом паломникам, а наши женщины затем за ненадобностью купировали пост, молитву, Причастие, оставили только круги вокруг колонны. Куда проще! Хотя тоже, говорят, помогает. И ладно бы просто ходили кругом, хотя и это напрягало католиков, но потом стали еще молотками кусочки отбивать. Тогда уже колонну закрыли стеклом и решетками. Теперь записки пишут, как к Стене плача. Но если слишком много об этом говорить, мы невольно будем отвлекаться на какие-то второстепенные, даже третьестепенные детали. Рядом святитель Николай и его мощи – драгоценный сосуд, храм Духа Святого, который будет восстановлен по воскресении. А источник благодати у нас один – Господь Бог. И к Нему мы должны стремиться.

Митрополит Антоний Сурожский: Мы живем так, будто никогда не умрем

Предельное испытание 

<…> Французский писатель Рабле[2] в одном из своих писем написал: «Я готов отстаивать свои убеждения до самой смерти, исключительно»[3]. Что ж, так поступает большинство из нас. Но это значит, что когда перед нами встает предельное испытание, мы отступаем, мы не готовы идти на предельный риск.

И в этом смысле неминуемая уверенность в смерти, возможность смерти для нас — это своего рода пробный камень для наших убеждений, наших чувств. Я люблю этого человека. Готов ли я рисковать моей жизнью ради его или ее жизни, ради его или ее свободы? Или я готов говорить об этом, пока нет опасности, и отступаю, когда опасность становится слишком велика?

Помню, как кто-то сказал: «Как чудесно слышать так много проповедей о мученичестве в наших храмах. Это значит, что в наши дни нет риска мученичества, потому что никто не говорит о нем, когда оно неминуемо, когда оно реально, когда оно здесь. Человек либо встречает мученичество, либо бежит от него, человек не говорит о нем».

Вот первое, что я хотел сказать о смерти. Противостояние смерти позволяет нам оценить качество нашей жизни: готовы ли мы встретиться с жизнью лицом к лицу – со всеми ее трагедиями, страданием и опасностью? Другая сторона этого размышления о смерти, возможно, становится все важнее с каждым днем.

Мы живем так, будто будем жить вечно и никогда не умрем. Мы живем с представлением, будто впереди есть еще время, а затем приходит момент, когда времени уже не осталось, а наша жизнь оказывается неполной, несовершенной, поскольку мы никогда не посмотрели в лицо факту, что в моей власти только настоящий момент, не следующий. <…>

Здесь, в Англии, отношение к смерти очень удивляет русского человека вроде меня. Оно несколько улучшилось, осмелюсь сказать, не сильно, но стало, скажем, менее ужасным. Но когда я впервые с ним встретился, я был поражен. У меня создалось впечатление, что для доброго британца умереть было чем-то совершенно непристойным, что людям не следует так поступать со своими друзьями и родственниками, и, если они падут настолько низко, чтобы покинуть этот мир, они будут скрыты в своей комнате, пока похоронное бюро не вывезет их [на место упокоения] и не освободит семью от их присутствия, потому что по отношению к своим родным человек не должен совершать такую непристойную вещь, как умереть.

Я помню, как впервые столкнулся с этой проблемой смерти. Я проповедовал в Кембридже в университетской церкви, а потом университетский капеллан сказал мне: «Знаете, я священник уже тридцать лет, но никогда не видел мертвого тела и не присутствовал при умирании человека».

Я был поражен, потому что сам видел более чем достаточно умирающих и мертвых. И я сказал: «Каким образом?» — «Ну, — ответил он, — видите ли, когда кто-то из моих прихожан болен, до тех пор, пока я могу ему помочь, я посещаю его. Когда он впадает в беспамятство и я не могу достучаться до него, я предоставляю действовать доктору, сиделке, родственникам, друзьям,  ведь сам я ничего не могу сделать. А затем, — продолжал он, — когда он умирает, нет смысла идти смотреть на мертвеца, я беседую с семьей, понесшей тяжкую утрату: “Я Воскресение и Жизнь”[4] и тому подобное. А затем я встречаю гроб в церкви».

Меня это глубоко поразило, и я рассказал ему о том, что сам испытал во время войны. В наш госпиталь принесли немецкого солдата с поля боя, через несколько часов он впал в беспамятство, и молодой пресвитерианский пастор-француз, который заботился о нем, вышел (он был очень молод, слегка за двадцать).

По лицу его струились слезы, и он сказал мне: «Какой ужас! Этот человек не умер, он еще жив, и я ничего не могу сделать для него, потому что он не может ответить на мои слова и, возможно, даже не слышит, что я говорю». Мне также было тогда около двадцати пяти лет, и я сказал довольно резко: «Не дури, иди обратно к постели этого человека, возьми Новый Завет и читай ему его по-немецки, начиная с воскрешения Лазаря. Читай и читай, делай паузы, чтобы вы оба отдохнули, и вновь читай».

И этот молодой человек делал так в течение двух с половиной дней или около того. А  затем, за несколько часов до смерти, этот немецкий солдат открыл глаза и сказал мне: «Это было так чудесно. Я не мог подать признаков жизни, но каждое слово достигало меня и давало новую жизнь».

Так что мы должны осознавать, будь мы священниками, врачами, или медсестрами, или родственниками, или друзьями человека, который умирает, сознание которого слабеет, который, возможно, не способен общаться с нами обычным образом, — мы должны осознавать, что может существовать уровень сознания, лежащий далеко за пределами того, что мы себе представляем. И даже когда сознание, которое мы можем пробудить словами, ушло, существуют иные способы общения. <…>

В экстремальных ситуациях мы можем встретиться лицом к лицу со смертью совершенно иначе. Страх может быть преодолен силой сострадания или неотвратимостью участия в происходящем. Я в течение года преподавал в русской гимназии во Франции и помню одну из своих учениц. Она была самой обыкновенной девочкой, милой, умненькой девочкой, но в ней не было ничего особенно впечатляющего.

А потом во время одного из налетов в Париже бомба упала на дом, где они жили. Все спаслись, стояли снаружи, пересчитали друг друга и заметили, что одна пожилая женщина не вышла из дома. Дом был весь в огне, и девочка просто вошла внутрь, чтобы спасти эту женщину, и уже не вернулась назад.

Чувство сострадания, говорившее, что этой старушке нельзя было просто позволить умереть, заставило ее забыть опасность, которую эта ситуация представляла для нее самой, и она просто вошла внутрь. Очень часто мы можем лицом к лицу встретить смерть свою или других людей, если в нас живут побуждения достаточно сильные, достаточно благородные, достаточно великие, достойные нашего человеческого звания, вместо того чтобы пасть ниже того, кто мы есть.

Когда мы стареем, проблема становится немного иной. Я не могу сказать, что это мой личный опыт, хотя я и достаточно стар, но я заметил, что пожилого или безнадежно  больного человека более всего пугает то, что они ощущают присутствие смерти задолго до того, как она наступает. Мы ощущаем, как наше тело постепенно распадается, разрушается, например, память слабеет, разум не имеет былой ясности, эмоции менее яркие, физически человек становится все менее сильным.

Пожилые люди и безнадежные больные очень часто чувствуют, что смерть действует внутри них, что смерть постепенно побеждает и что конечным результатом будет полный распад и разрушение той целостности, которая бывает так прекрасна. Все это может  вызвать страх. <…>

Из ответов на вопросы

 Нужно ли человеку до последнего бороться за свою жизнь, или наступает момент, когда можно желать для себя смерти?

– Нам порой кажется, что у нас есть право сказать: «Я устал от жизни, и я выбираю смерть». Мы не знаем, что может произойти в нас и привести нас к такой зрелости, какой у нас не было или нет в данный момент. Страдание, встреча со смертью, расставание с людьми, которых мы любим, встреча с болью, встреча со всей многосложностью человеческой души — всего этого мы не можем предвидеть.

С другой стороны, меня до глубины души поражает то, что умирающие старики очень часто говорят: «Я бы хотел умереть и не быть обузой тем, кто меня окружает». И я всегда с искренней убежденностью говорил им, что они не правы, что они недооценивают любовь окружающих к ним, что присутствие их даже умирающих много значит для тех, кто вокруг, что их беспомощность, возможно, впервые дает их детям, их супругам, их друзьям возможность выразить всю свою любовь, все уважение к ним.

Я могу привести вам пример совсем не трагичный. Моя бабушка умерла, когда ей было девяносто пять лет. В последние годы жизни она была не так деятельна, как раньше. Помню, однажды я сидел в своей комнате, а бабушка мыла посуду на кухне, затем я услышал невероятный грохот разбивающейся посуды, и вошла бабушка, маленькая, очень бледная и очень серьезная старушка, и сказала: «Я не могу понять, почему Господь держит меня на земле. Я даже посуду не могу помыть как следует». Я ей ответил: «Я могу привести тебе две причины». — «И какие же?» Я сказал: «Первая – та, что на том свете, должно быть, столько старушек, что Он не может Себе позволить еще одну».

Она строго посмотрела и сказала: «Ты все шутишь, а я серьезно». Я сказал: «Да, а теперь вторая причина: с самого начала мира и до самого его конца, в прошлом, в будущем, в настоящем ты одна смогла сделать то, чего не смог никто на земле». Она навострила уши, посмотрела на меня с интересом и сказала: «И что же это?» — «Никто никогда не был, не будет и не может быть моей бабушкой». И она сказала: «О, так я уникальна и могу делать что-то, чего не может никто на земле».

С другой стороны, если говорить, например, об аппаратах, поддерживающих жизнь, я считаю, что не следует принуждать человека оставаться в живых искусственно, против природы, как происходит в случае, когда природа не может поддерживать жизнь и создается искусственное ее подобие.

Я вспоминаю опять-таки человека, который попал в автокатастрофу и был без сознания четыре года, абсолютно без сознания, не реагируя ни на что, но будучи принуждаем жить, пока  наконец природа не взяла верх над докторами. И я думаю, было бы человечнее дать природе шанс действовать свободно. Но это моя личная реакция на ситуацию.

 Значит ли это, что Вы против вмешательства врачей и искусственного продления жизни умирающего?

 – Я бы подвел черту под тем, что говорил минуту назад, о том, что, когда от человека не осталось ничего, кроме искусственной жизни, которая навязывается ему или ей, мы не помогаем природе, мы не знаем ничего о том, что происходит с душой, мы используем человеческое тело как марионетку, и я не считаю, что это достаточно уважительно, почтительно в отношении этого человека.

В иных случаях, безусловно, необходимо оперировать опухоли, необходимо оперировать при аппендиците, необходимо лечить пневмонию и так далее. Но, когда мы делаем это, мы помогаем природе в борьбе, тогда как в случае, упомянутом мною ранее, мы помогаем в борьбе вовсе не природе, природа жаждет покоя и отдыха, а мы насилуем ее.

Я помню книгу Акселя Мунте под названием «Легенда о Сан-Микеле» [5] (не думаю, что вы такое читаете, но в мою бытность студентом-медиком ее многие читали).  Я работал в той же больнице, где работал он за много лет до меня (ну, не так уж много – я был там в 1934 году). И я помню, что он говорит о своем опыте работы в терапевтическом отделении. Он рассказывает, что, когда он впервые попал туда, то пришел в ужас от того, что он посчитал бессердечием старых медсестер и бесчувственным отношением к жизни и смерти со стороны врачей. А потом он осознал, что, пока человек мог бороться за жизнь, врачи и медсестры боролись со всеми своими знаниями, умением и страстью.

Но приходил момент, когда они понимали, что все, что они могут — это оставить человека и не помогать жизни продолжать битву. Я вспоминаю фразу, сказанную пожилой медсестрой, определяющую, по мнению Мунте, отношение медсестер и врачей: «Мы сражались, как два честных соперника, теперь пришла твоя очередь, делай свою работу, но делай ее с лаской». И в этот момент роль врача — помочь смерти быть ласковой, не превращать ее в последнюю мучительную схватку.

Книга подготовлена совместно с фондом «Духовное наследие митрополита Антония Сурожского»

Європейський Суд вважає незаконним втручання держави у внутрішні справи Церкви

 

 

Велика палата Європейського Суду з прав людини підтвердила право релігійних організацій на самоврядування як основне, що заслуговує на захист у 47-ох державах Ради Європи. Про це повідомляє Інформаційно-просвітницький відділ УПЦ з посиланням на Інститут релігійної свободи.

Таке рішення Суд виніс 14 вересня у справі «Нагі проти Угорщини» (Nagy v. Hungary), чим підтвердив принцип церковної автономії в сфері «церковних судів і дисципліни служителів церкви». Правозахисна організація ADF International надала Європейському Суду свій експертний висновок, стверджуючи, що згідно з міжнародним правом, церкви повинні мати можливість керувати своїми внутрішніми справами без втручання уряду.

Заступник директора ADF International Пол Коулман так прокоментував прийняте рішення: «Міжнародне право та, зокрема, Європейська конвенція з прав людини захищають принцип автономії церкви при розгляді внутрішніх дисциплінарних питань».

Згідно рішення Великої палати ЄСПЛ, держава не повинна втручатися у відносини між церквою та її діячами.

Суть справи полягала у апеляції колишнього пастора пана Каролі Нагі до цивільних судів після того, як він був звільнений від обов’язків церковними судами. Спроба довести хибність рішення останніх за допомогою Верховного суду Угорщини була для Нагі невдалою, оскільки судді відмовився визнати свою юрисдикцію у даному питанні. Тоді колишній пастор звернувся з апеляцією до Європейського суду, де також програв справу.

Винесене рішення Європейського суду у справі Нагі черговий раз вказує на порушення основних прав людини на віросповідання сумнозвісними антицерковними законопроектами українському парламенті. Зокрема мова йде про законопроекти №4128 та №4511, які за визначенням суперечать базисним нормам міжнародного права.

ПОЧЕМУ МЫ ОСУЖДАЕМ БЛИЖНИХ?

Осуждение – один из самых распространенных грехов. Почему же мы осуждаем других?

Прежде всего потому, что считаем себя лучше. Однако наблюдая за чужими ошибками, мы неизбежно перестаем видеть грехи свои. Следовательно, чем чаще мы замечаем прегрешения ближних, тем большему забвению предаем свои беззакония, собирая тем самым горящие угли на свою же голову.

Об этом Христос говорит нам в притче о двух должниках (см. Лк.7:41–43). Два человека были должны деньги – один 500 динариев, другой 50 – и обоим нечем было заплатить. Заимодавец прощает долг и первому, и второму. Кто будет испытывать большую любовь к заимодавцу? Конечно же, тот, кому более простили. Ну и что же тут назидательного, можно спросить. Христос далее раскрывает духовную суть притчи: заимодавцем оказывается Сам Бог, перед лицом Которого становится неважным, кто сколько должен. Долг заведомо не может быть оплачен – он может быть только прощен. И если нет покаяния и просьбы о прощении, даже самые незначительные долги перед Богом в итоге окажутся невыплаченными и человек не сможет оправдаться. Но своих собственных просьб о прощении недостаточно. Есть очень важное, самое главное условие твоего прощения – прости и ты. Причем все и всем, раз и навсегда.

Фарисей, которому Христос рассказал данную притчу, упрекал в мыслях Господа, что Он допустил грешнице прикоснуться к Нему. Но грешница плакала, умывала слезами ноги Христа и отирала своими волосами. Фарисей же не соблюл и обычного восточного обычая – не омыл ног пришедшего странника. Осуждая бедную женщину, строгий ревнитель закона совершенно забыл, что сам грешит. Блудница грешила много и знала об этом, а фарисей грешил меньше, но своих грехов не замечал. Блудница помилована, фарисей осужден – такова евангельская логика духовной жизни.

***

Как жаль, что осуждая других, мы не осознаем, что именно в этот момент сами тяжко согрешаем. В Древнем Патерике сказано: «Человек верит, что когда он молится, Бог его слышит; но когда он грешит, почему-то думает, что Бог его не видит». Сколько у нас осознанных и неосознанных грехов, за которые мы уже достойны ада! И мы вместо милости к таким же, как мы, грешникам, прибавляем ко всему прочему еще и осуждение. Святитель Иоанн Златоуст писал, что даже если бы человек вообще не грешил, хватило бы одного греха осуждения, чтобы он безвозвратно погиб.

Книга «Достопамятные сказания» рассказывает о неком монахе, который был ленив, просыпал богослужения и имел за собой множество разных согрешений. Но он был оправдан Богом. За что же? За то, что после прихода в монастырь ни разу никого не осудил. Преподобный Силуан Афонский, когда его попросили высказаться по поводу проштрафившегося брата, сказал: «Я уже 36 лет в монастыре, и вы хоть раз видели меня осуждающим?» «Нет», – ответили ему. Тогда Силуан промолвил: «Почему же вы думаете, что я стану это делать сейчас?»

Вот как поступали великие святые. Но мы, закоренелые грешники, дерзаем ежедневно судить других оттого, что не видим за собой греха. Судим, не задумываясь о том, что даже небольшое осуждение может нас погубить.

***

Есть еще одна причина постоянного осуждения ближних – наша нелюбовь к ним. У любви нет пограничного состояния. Если есть любовь, то нет осуждения, ибо любовь не судит, а всегда прощает. Но если любви нет, то будет и осуждение, и скрытая ненависть или же, что еще ужаснее, безразличие. У Льва Толстого есть такое выражение: «Мы не любим людей не потому, что они злые, но мы считаем их злыми потому, что не любим их». Итак, не суди, человек, но научись любить – и осуждение исчезнет из твоей жизни.

Кстати, в приведенной нами евангельской истории очень важно то, что фарисей с пренебрежением отнесся к грешнице, а Христос, наоборот, отметил ее любовь и покаяние и простил ее многие грехи из-за того, что она «много возлюбила». Любим Бога – любим и людей. Не любим людей – не любим Бога. «Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» (1 Ин. 4:20), – говорит нам апостол любви.

Евангельская блудница плакала перед Христом, потому что возлюбила Бога и возненавидела свой грех. За эту любовь и ненависть она и была прощена. Иудейская грешница, оправданная Господом, показала всем нам путь спасения – это горячая любовь к Богу и ближним и бескомпромиссная ненависть к нечистоте и греху. К чему нам осуждение, христиане? Разве нам нечем заняться? Всей жизни не хватит, чтоб научиться любить. И сотни лет будет мало для того, чтоб разглядеть свои грехи и научиться бороться с ними. Поэтому, даже если нам покажется, что наш ближний достоин погибели – отдадим суд в руки Божии. И тогда – будем верить! – наш отказ судить заслужит нам прощение и очищение всех тех бесчисленных грехов, которые мы совершили и совершаем пред лицом Божиим.

Иерей Алексей Малюков, Сергей Комаров

ЧТО ОЗНАЧАЮТ СЛОВА КОНДАКА ИЗ АКАФИСТА ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ «ВЗБРАННОЙ ВОЕВОДЕ ПОБЕДИТЕЛЬНАЯ»?

Указанный кондак является одним из самых труднопереводимых текстов в богослужебной литературе, написанной на церковно-славянском языке: славянский текст этой молитвы – это калька с греческого оригинала.

В Постной Триоди сказано, что данный кондак в составе акафиста Божией Матери впервые был исполнен в Константинополе 7 августа 626 года в качестве благодарственной песни Богородице за избавление города от нашествия иноплеменников (аваров и персов-сасанидов).

В переводе на русский язык, выполненном святителем Филаретом (Дроздовым), митрополитом Московским, этот кондак звучит следующим образом: «Бранноподвизающейся за нас военачальнице дары победные и, как избавленные от бед, дары благодарственные приносим Тебе, Богородице, мы, рабы Твои: но Ты, как имеющая державу непреоборимую, освободи нас от всяких опасностей, да взываем Тебе: радуйся, Невеста неневестная!»

Таким образом, в кондаке Божия Матерь воспевается как «взбранная Воевода», то есть военачальница, которая превосходит всех в бранях (войнах). Подобное выражение связано с тем, что благодаря заступничеству Богородицы жители Константинополя не столько одержали победу в битве с иноплеменниками, сколько избавились от возможного сражения, одержав победу без боя. И именно за это верующие христиане воссылают Божией Матери «победительная», то есть благодарственные победные песни. Заканчивается же кондак молитвенным прошением к Пресвятой Деве, имеющей «державу непобедимую», то есть непобедимую власть, и в будущем избавлять всех, прибегающих к Ее предстательству, от разных бед.

 

Андрей Музольф

Преподаватель Киевской Духовной Академии

ПРЕСТАВЛЕНИЕ СВЯТОГО АПОСТОЛА И ЕВАНГЕЛИСТА ИОАННА БОГОСЛОВА

Иоанн Богослов на острове Патмос
Иоанн Богослов на острове Патмос

Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов был сыном Зеведея и Саломии – дочери святого Иосифа Обручника. Одновременно со своим старшим братом Иаковом он был призван Господом нашим Иисусом Христом в число Своих учеников на Геннисаретском озере. Оставив своего отца, оба брата последовали за Господом.

Апостол Иоанн был особенно любим Спасителем за жертвенную любовь и девственную чистоту. После своего призвания апостол не расставался с Господом и был одним из трех учеников, которых Он особенно приблизил к Себе. Святой Иоанн Богослов присутствовал при воскрешении Господом дочери Иаира и был свидетелем Преображения Господня на Фаворе. Во время Тайной Вечери он возлежал рядом с Господом и по знаку апостола Петра, приникнув к груди Спасителя, спросил об имени предателя. Апостол Иоанн следовал за Господом, когда Его, связанного, вели из Гефсиманского сада на суд беззаконных первосвященников Анны и Каиафы, он же находился во дворе архиерейском при допросах своего Божественного Учителя и неотступно следовал за Ним по Крестному пути, скорбя всем сердцем. У подножия Креста он плакал вместе с Божией Матерью и услышал обращенные к Ней с высоты Креста слова Распятого Господа: “Жено, се сын Твой” и к нему: “Се Мати твоя” (Ин. 19, 26, 27). С этого времени апостол Иоанн, как любящий сын, заботился о Пресвятой Деве Марии и служил Ей до Ее Успения, никуда не отлучаясь из Иерусалима. После Успения Божией Матери апостол Иоанн, по выпавшему ему жребию, направился в Ефес и другие Малоазийские города для проповеди Евангелия, взяв с собой своего ученика Прохора. Они отправились в путь на корабле, который потонул во время сильной бури. Все путешественники были выброшены на сушу, только апостол Иоанн остался в морской пучине. Прохор горько рыдал, лишившись своего духовного отца и наставника, и пошел в Ефес один. На четырнадцатый день пути он стоял на берегу моря и увидел, что волна выбросила на берег человека. Подойдя к нему, он узнал апостола Иоанна, которого Господь сохранял живым четырнадцать дней в морской глубине. Учитель и ученик отправились в Ефес, где апостол Иоанн непрестанно проповедовал язычникам о Христе. Его проповедь сопровождалась многочисленными и великими чудесами, так что число уверовавших увеличивалось с каждым днем. В это время началось гонение на христиан императора Нерона (56 – 68). Апостола Иоанна отвели на суд в Рим. За исповедание веры в Господа Иисуса Христа апостол Иоанн был приговорен к смерти, но Господь сохранил Своего избранника. Апостол выпил предложенную ему чашу со смертельным ядом и остался живым, затем вышел невредимым из котла с кипящим маслом, в который был брошен по приказанию мучителя. После этого апостола Иоанна сослали в заточение на остров Патмос, где он прожил много лет. По пути следования к месту ссылки апостол Иоанн совершил много чудес. На острове Патмос проповедь, сопровождавшаяся чудесами, привлекла к нему всех жителей острова, которых апостол Иоанн просветил светом Евангелия. Он изгнал многочисленных бесов из идольских капищ и исцелил великое множество больных. Волхвы различными бесовскими наваждениями оказывали большое сопротивление проповеди святого апостола. Особенно устрашал всех надменный волхв Кинопс, похвалявшийся тем, что доведет до гибели апостола. Но великий Иоанн – Сын Громов, как именовал его Сам Господь, силой действующей через него благодати Божией разрушил все ухищрения бесовские, на которые надеялся Кинопс, и гордый волхв бесславно погиб в морской пучине.

Апостол Иоанн удалился со своим учеником Прохором на пустынную гору, где наложил на себя трехдневный пост. Во время молитвы апостола гора заколебалась, загремел гром. Прохор в страхе упал на землю. Апостол Иоанн поднял его и приказал записывать то, что он будет говорить. “Аз есмь Альфа и Омега, начаток и конец, глаголет Господь, Сый и Иже бе и Грядый, Вседержитель” (Откр. 1, 8), – возвещал Дух Божий через святого апостола. Так около 67 года была написана Книга Откровения (Апокалипсис) святого апостола Иоанна Богослова. В этой книге раскрыты тайны судеб Церкви и конца мира.

После длительной ссылки апостол Иоанн получил свободу и вернулся в Ефес, где продолжал свою деятельность, поучая христиан остерегаться лжеучителей и их лжеучений. Около 95 года апостол Иоанн написал в Ефесе Евангелие. Он призывал всех христиан любить Господа и друг друга и этим исполнить заповеди Христовы. Апостолом любви именует Церковь святого Иоанна, ибо он постоянно учил, что без любви человек не может приблизиться к Богу. В трех Посланиях, написанных апостолом Иоанном, говорится о значении любви к Богу и ближним. Уже в глубокой старости, узнав о юноше, совратившемся с пути истинного и сделавшемся предводителем шайки разбойников, апостол Иоанн пошел искать его в пустыню. Увидев святого старца, виновный стал скрываться, но апостол побежал за ним и умолял его остановиться, обещая грех юноши взять на себя, лишь бы тот покаялся и не губил своей души. Тронутый теплотой любви святого старца, юноша действительно покаялся и исправил свою жизнь.

Святой апостол Иоанн скончался в возрасте ста с лишним лет. Он намного пережил всех остальных очевидцев Господа, долго оставаясь единственным живым свидетелем земных путей Спасителя.

Когда настало время отшествия апостола Иоанна к Богу, он удалился за пределы Ефеса с семью своими учениками и повелел приготовить для себя в земле крестообразную могилу, в которую лег, сказав ученикам, чтобы они засыпали его землей. Ученики с плачем целовали своего любимого наставника, но, не решаясь ослушаться, исполнили его повеление. Они закрыли лицо святого платом и закопали могилу. Узнав об этом, остальные ученики апостола пришли к месту его погребения и раскопали могилу, но ничего в ней не нашли.

Каждый год из могилы святого апостола Иоанна 8-го мая выступал тонкий прах, который верующие собирали и исцелялись им от болезней. Поэтому Церковь празднует память святого апостола Иоанна Богослова еще и 8 мая.

Господь дал своему любимому ученику Иоанну и его брату имя “сынов грома” – вестника устрашающего в своей очистительной силе небесного огня. Этим самым Спаситель указывал на пламенный, огненный, жертвенный характер христианской любви, проповедником которой был апостол Иоанн Богослов. Орел – символ высокого парения Богословской мысли – иконографический знак евангелиста Иоанна Богослова. Наименование Богослова Святая Церковь дала из учеников Христовых только святому Иоанну, тайнозрителю Судеб Божиих.

СЕРГИЙ РАДОНЕЖСКИЙ, ПРЕПОДОБНЫЙ ВСЕЯ РУСИ

Преподобный Сергий Радонежский. Икона XVI в.
Преподобный Сергий Радонежский. Икона XVI в.

Имя преподобного Сергия Радонежского напоминает, до какой высоты способна подняться наша земля‚ просвещенная Словом Христовым. Человек‚ не оставивший после себя ни одной книги‚ стоит у начала всей русской культуры Московского периода‚ открывает дверь‚ ведущую из глухой подмосковной тайги прямо в глубину Божьей премудрости‚ во все тайны человека и мира. И деятельность его тем более видится нам чудесной‚ потому что мы не можем разделить в ней плоды небесной помощи и его собственных трудов. Сергий всю жизнь старался уйти от мира‚ не принимать на себя решения судеб окружавших его людей‚ не вмешиваться самочинно в происходящие вокруг события. Однако все бытовые и исторические подробности эпохи так тесно сплетены в его житии‚ что, кажется, нет такой стороны русской жизни второй половины XIV века‚ которую бы он не освятил‚ где бы не осталось следов его бережного благословения. Если же вспомнить‚ каково было это время‚ то выяснится‚ что преподобный Сергий стоит не только в начале русского Просвещения‚ но и знаменует собой русское Возрождение в самом высоком его смысле.При беспристрастной оценке исторических событий порой открываются неожиданные вещи. Сопоставляя русское и европейское Средневековье‚ видишь‚ что возрождение культуры в России началось едва ли не раньше‚ чем в Европе. И что уж совсем удивительно‚ это возрождение носило христианский характер. Русь‚ придавленная татарщиной на протяжении более двухсот лет‚ не могла бы сохранить свои традиции‚ свое культурное поле без веры‚ без опоры на Церковь. Без веры вообще ничего невозможно создать. Леонардо‚ Микеланджело‚ Лютер‚ Макиавелли – все эти “титаны” европейского Возрождения были глубоко верующими людьми. Они верили в Бога, но и во всемогущество и силу человеческого разума‚ в истинность его эстетического чувства‚ в способность человека создавать прекрасное‚ в его право творить и изменять мир. Европейское возрождение еще очень далеко от богооставленности и богоотвержения. Оно только готовится снять с Творца ответственность за судьбы мира и передать ее людям. Но герои‚ готовые принять эту ответственность‚ в Европе уже выросли. Счастье‚ что в России еще долго не находилось подобных людей.

Русская действительность с 1237 года не располагала к парению души. Ценность отдельной человеческой личности в условиях ига была предельно низкой. Рассуждения о способности этой личности повлиять на историю‚ изменить ее ход‚ наверное‚ вызывали горькую усмешку. Ни последний холоп‚ ни великий князь не могли надеяться устроить по собственной воле даже свою судьбу. Благосостояние и жизнь любого человека на Руси зависели от исхода соперничества за ханский престол‚ благосклонности или самодурства ордынских наместников‚ колебаний цен на мировом рынке работорговли‚ падежа скота или неожиданной засухи в Великой степи. Одна Церковь могла свободно не признавать над собой власти Орды. Не вмешиваясь напрямую в политический процесс‚ она помогала людям сохранить веру в свои силы. Перед лицом хана падали ниц даже князья‚ но перед Богом каждый человек был свободен. Ребяческий атеизм и человекопоклонство не потому худо прививались тогда на Руси‚ что она была отсталой‚ но потому что отказ терпеливо нести свой крест‚ означал поистине рабскую зависимость от кочевничьей нагайки. Преодоление ига не было возможным для человека делом. Упование на Бога давало не только надежду на загробное спасение‚ но и твердый фундамент для земного государственного и хозяйственного строительства. Потому что всякий желающий спастись в будущей жизни‚ должен был “поработать Богу” и “до конца претерпеть” все тяготы в настоящей. Плодом такой работы и такого терпения и была вся жизнь преподобного Сергия.

Житие его‚ удивительно мягко и живо написанное Епифанием Премудрым‚ дает нам ключи к разгадке множества тайн русской культуры и русской интеллигенции. С самого начала своей жизни‚ еще даже до земного рождения Сергий (до монашества Варфоломей) отмечен небесными знамениями. Он трижды кричит во время литургии‚ находясь в чреве матери‚ отказывается брать грудь матери в постные дни‚ не принимает молока от кормилицы. Родители его ясно осознают‚ что в их семье происходит явление святого. Однако же им не приходит в голову каким-то образом возвысить своего ребенка‚ отделить его от других на основании проявившихся в нем талантов. Культ вундеркинда до сих пор с трудом прививается в русской традиции воспитания. Знамения‚ таланты и сама святость даются человеку от Бога‚ и потому родители‚ а вслед за ними и повествователь‚ прежде всего, прославляют Создателя‚ а потом уже любуются творением. Варфоломея в детстве оберегают‚ но не более‚ чем следует лелеять каждого ребенка. Его не освобождают ни от домашнего труда‚ ни от повседневных обязанностей‚ ни от школьного обучения.

Наблюдая за этим обучением‚ мы видим еще одну знаменательную подробность. Любой человек‚ даже святой‚ не представляет собой идеала земного совершенства. Столь важная для подвижника вещь‚ как грамота‚ дается ему хуже‚ чем братьям. И все окружающие мягко‚ но настойчиво требуют от него усилий и старания в учебе. Преподобный как будто не оправдывает их ожиданий. В житии прямо говорится‚ что Варфоломей учился читать “не прилежно” и “не слушал учителя”. Такое отношение к учебе не одобряется‚ но искупается тайной молитвенной просьбой мальчика к Богу. Чудесное исполнение этой просьбы не должно наводить нас на мысль о пренебрежении к труду (им наполнена вся жизнь преподобного). Здесь скорее нужно видеть проявление равной милости Бога ко всякому просящему. Школьный период жизни преподобного более всякого другого развенчивает мысль о каком-либо превосходстве святого над прочими людьми. Для русского просвещения‚ для русской культуры чужда мысль о заранее избранной “духовной элите”‚ предназначенной для власти или руководства “невеждами”. Сергий сам был подобным невеждой‚ а получив доступ к премудрости‚ никогда не забывал‚ Кому она принадлежит.

Не забывал он и послушания‚ первой добродетели всякого свободного от своеволия христианина. Имея перед собой уже ясно видимую жизненную цель‚ монашество‚ он, тем не менее, смиряет себя ради отца и матери‚ оставшись ухаживать за ними. Все‚ кто привык говорить о том‚ что монашество учит человека презирать семью‚ найдут в этой главе жития пример того‚ как первое исходит из второго. Здесь пример преподобного побуждает нас не пренебрегать сегодняшними обязанностями‚ как бы важны и велики не были наши планы. Человек‚ по-настоящему верующий‚ никогда “не пройдет по людям” ради исполнения своего самого “высокого” желания‚ но‚ напротив‚ охотно “наступит на горло” себе‚ когда увидит нужду ближнего. Преподобный Сергий‚ вся жизнь которого была великой жертвой Богу‚ начал свой подвиг с малой жертвы своим родителям‚ и‚ что особенно важно‚ сделал это с радостью.

С радостью же он приступает и к осуществлению дела своей жизни‚ постижению Троицы. Поражает философский размах этого труда. Догмат о святой Троице – труднейший для понимания в христианстве. Он не был полностью раскрыт для простонародья не только в Киевской Руси и в Европе‚ но и в самой Византии. Именно на почве учения о Троице в христианстве возникали самые серьезные расколы и ереси. Высота тайны триединого Божественного Существа‚ казалось‚ должна была испугать человека‚ с таким трудом научившегося читать. Однако преподобный Сергий берется за проникновение в нее также решительно‚ как уходит из мира. Заметим‚ свой храм в лесу он строит и освящает вместе с братом еще до пострижения в монахи. Идея строительства и самая тяжелая часть труда принадлежит ему‚ однако, он отказывается от дерзости самовольного поиска истины и ждет‚ пока старший брат не решит‚ кому будет посвящен храм.

В этот момент решалась судьба Русской Церкви‚ да и всей русской культуры. Попробуйте представить ее себе без Лавры‚ без Андрея Рублева‚ без храмов в честь Святой Троицы. И такое решение передано преподобным Сергием в чужие руки‚ причем у него уже был ответ на свой вопрос. Тут имеет значение не только смирение перед старшим‚ но и внутренняя честность‚ присущая всякому исследователю. Каждый‚ кто приступает к изучению и познанию Бога‚ человека или мира‚ не смеет настаивать на своей догадке‚ прежде чем не получит ее подтверждения извне. Жаждущий открыть нечто миру‚ пусть выслушает сперва‚ что говорит ему мир. “Больший из вас да будет вам слуга”.

Это уже другая страница жизни преподобного. Пройдя через тяжелый период одинокого подвижничества, Сергий оказывается перед необходимостью устройства общежительного монастыря. Его более всего тяготит необходимость начальствовать над братией‚ распоряжаться по хозяйству‚ руководить их духовным деланием. Традиции старчества были в ту пору почти утрачены на Руси. Игуменство открывало перед Сергием искушение занимать подчиненных тем трудом,‚ которого он не сносил сам. И потому он не мог исполнить игуменского служения, не увеличив своей повседневной работы. Епифаний пишет‚ что преподобный “без лености братии‚ как купленный раб‚ служил: и дрова для всех колол‚ и толок зерно‚ и жерновами молол‚ и хлеб пек‚ и еду варил […]; обувь и одежду он кроил и шил; и из источника воду в двух ведрах черпал и на своих плечах в гору носил и каждому у кельи ставил”.

Особенно примечателен рассказ о том‚ как преподобный Сергий выстроил одному из пожилых братьев крыльцо‚ взяв за целодневную работу решето гнилого хлеба. Кому-то это может показаться юродством‚ но если вспомнить, что в обители тогда был голод‚ и монахи роптали на игумена‚ требуя от него разрешения собирать милостыню‚ такой поступок становится понятным. Только своим личным примером учитель мог убедить учеников в том‚ что хлеб нужно добывать трудом собственных рук. Это правило остается верным и для нынешнего времени.

Рассказ о голоде напоминает нам еще об одной черте характера святого‚ о его терпении. При том гармоничном сочетании труда и молитвы‚ которое было присуще Сергию‚ он ничуть не тяготится бедами и скорбями‚ посещающими монастырь. Не спешит скорее разрешить их‚ хотя сознает‚ что имеет для этого возможности. Он доверяет Богу до самого конца и тогда‚ когда не прозревает явного смысла событий. В результате хлеб в обитель привозят ангелы‚ а родник пробивается на самой вершине холма. Возвратившийся в монастырь старший брат пытается затеять в церкви спор о первенстве. Преподобный уходит от этого спора. Уходит в буквальном смысле слова‚ не пытаясь ответить‚ не требуя заступничества митрополита или князя‚ даже не прося Бога восстановить справедливость. Прожив год на реке Киржач и основав новый монастырь‚ он также легко возвращается. Его настолько трудно смутить‚ что когда крестьянин‚ пришедший издалека посмотреть на прославленного игумена‚ отказывается узнать Сергия в оборванном старике‚ копающем грядки‚ преподобный только ласково отвечает: “Не печалься! Что ищешь и чего желаешь‚ тотчас даст тебе Бог”.

Монашество пренебрегает миром‚ но не людьми в нем. Преподобный бежит от человеческой славы‚ но приветлив к людям и скор на помощь. Для него равны и несчастный отец‚ принесший умершего сына‚ и великий князь Дмитрий‚ идущий на битву с Мамаем. В связи с Куликовской битвой политическая роль Сергия проступает очень отчетливо. Его благословение русского войска на брань придает сражению духовный характер. Все воины становятся не только защитниками Русской Земли‚ но и мучениками за веру. Даже иноки берут в руки оружие. Преподобный Сергий принимает всю ответственность за исход сражения‚ решительно связывая судьбу русской церкви с удачей княжеского похода. О победе открыто служится многочасовой молебен. Но вот победа одержана‚ и князь с митрополитом Алексием просят святого принять сан епископа‚ а потом и митрополита. И преподобный также решительно отказывается‚ обещая в случае повторения просьбы уйти в леса‚ “туда‚ где его никто не сыщет”. Одно дело – стоять за правду‚ другое – принимать почести.

Нельзя не сказать и о рукотворном наследстве преподобного Сергия. Кольцо монастырей‚ опоясавших Москву и осветивших дикие северные дебри‚ отковано в Лавре. История каждого из них – это история его основателя‚ часто ученика преподобного‚ или же послушника его учеников. Через столетие после смерти святого мы уже видим поразительное разнообразие типов подвижничества от Иосифа Волоцкого и Пафнутия Боровского до Нила Сорского и Кирилла Белозерского. К этому многоцветью Сергий тоже приложил свою руку. Возможность различных духовных путей к единой цели доказывает‚ что он основал в Лавре не партию‚ не орден‚ а братство христиан‚ главная задача которых подчиняться не людям и уставам‚ написанным людьми‚ но самому Богу. И как братья они не похожи друг на друга‚ но все чем-то неуловимо напоминают отца. Преподобный Сергий почти на 400 лет определил общий тип русской святости‚ а когда время совсем уже изменилось, его достойным наследником явился преподобный Серафим Саровский.

Подводя итоги и пытаясь определить место преподобного Сергия Радонежского в истории русской культуры и просвещения‚ хочется еще раз напомнить‚ что мы имеем дело не с ученым‚ а с мудрым человеком. А значит, это скорее не авторитет‚ а пример. Пример не только для подражания‚ но и для измерения. Учивший всю свою жизнь умеренности во всяком деле духовном и земном‚ преподобный сам стал мерой нашей культуры. Его житие позволяет проверить соответствие сегодняшних науки‚ искусства и школы их небесным образцам. Результаты наших измерений‚ возможно‚ будут неутешительны‚ но отчаиваться‚ наверно‚ не стоит. Ведь такая мера дается не каждому народу.

Праздник Веры, Надежды, Любови и матери их Софии

30 сентября – важное число для многих, ведь в этот день Церковь чтит память мучениц Веры, Надежды, Любви и матери их Софии, а значит и большинство женщин с этими именами отмечают свой день ангела. Впрочем, вопреки представлениям, далеко не все обладательницы этих прекрасных имен празднуют именины именно этого числа, у некоторых из них день ангела приходится на другую дату.

Читать далее

Подписаться на обновления сайта